logo logo

Андрей Дементьев-Корнилов: «За десять лет цирк потерял лучшие кадры»

Директор циркового шоу «Инди-Ра» рассказал Валентине Тимониной о состоянии российского цирка, циркового образования и инфраструктуры
Андрей Дементьев-Корнилов (Фото: Михаил Солунин/РБК)

В Нижний Новгород вы приехали очень громко и заметно. Ваш «слон-волонтер», как его окрестили местные СМИ, принимал участие в городском субботнике. А какую программу вы привезли?

Мы привезли удивительное шоу, оно очень интересно по своей образности, яркости, музыкальному, световому контенту. Это самое новое, что мы могли сделать за последнее время. Над этой программой работа велась около полутора лет: кастинги артистов, композиторы, художники по костюмам.

Шоу имеет театральный сюжет: это история о девушке по имени Инди-Ра, которая во сне попадает в удивительный мир цирка. Своего рода, отсылка к «Алисе в стране Чудес». Мы привезли около 80 голов животных: самые большие обитатели нашей планеты — слоны, верблюды, лошади, львы, пумы, леопарды, ягуары. Тандем профессиональных артистов — призеров международных фестивалей, и красивых животных, которые делают удивительные трюки — всё это вместе дает удивительное шоу.

Вы были во многих цирках по всей стране, постоянно гастролируете. Нашим нижегородским цирком мы гордимся, он достаточно новый. Как вы оцениваете его пригодность, насколько в нем удобно вашему масштабному коллективу?

В нем удобно. С самых первых дней мы испытываем удовлетворение от того, что, в первую очередь, здесь нет проблем с тем, где разместить животных. Для них есть также второй репетиционный манеж, где можно отрабатывать какие-то трюки. Также есть масса помещений, где животные могут вольно находиться под открытым небом, принимать солнечные ванны. Также есть площадка, куда можно вывести слонов, когда идет дождь. Много помещений для реквизита, хорошие грим-уборные, где артисты могут отдохнуть между представлениями. Нижегородский цирк — один из лучших цирков России.

А на каком уровне сейчас в целом по стране находятся цирковые здания? Я подозреваю, что во многих городах есть только оставшиеся от СССР здания?

Да, и очень многие из них находятся в ужасном состоянии. В гостиницах тоже уже скоро нельзя будет жить: в комнатах грибок, плесень. Нужно привлечь к этому внимание не только Росгосцирка, но и правительства России, чтобы этот момент максимально быстро исправить.

В цирковой сфере был в прошлом году большой скандал из-за отношений с министерством культуры России, когда Владимир Мединский назначил отвечать за цирк человека не из цирковой среды. Как вы оцениваете состояние цирка как индустрии? Вам нужно что-то от государства, что оно может сделать?

Нужен контроль со стороны государства, более тщательный контроль. Нужно доверять его не только министерству культуры, но и имущественному комитету, чтобы контролировать сразу с нескольких позиций.

Насколько вообще сейчас цирк способен зарабатывать?

На сегодняшний день единственное, что держит на плаву наш Росгосцирк — это люди, которые организуют гастроли на условиях частно-государственного партнерства. Мы называем их прокатчиками. Это могут быть импресарио, продюсеры — те люди, которые вкладывают свои деньги в рекламу, в аренду артистов-животных, которых они берут у компании Росгосцирк на проведение мероприятий.

Но есть большое «но». На сегодняшний день я тоже являюсь продюсером, работаю вместе с моей матерью народной артисткой России Таисией Анатольевной Корниловой. Я считаю, что мы платим необоснованно большие отчисления в Росгосцирк — деньги, которые с нас требуют, чтобы покрыть коммунальные расходы и заработные платы артистов. При этом, к сожалению, мы не видим никакого отчета о том, как эти средства расходуются. Получается, мы не имеем права и возможности контролировать вложенные деньги. В свете трудного экономического положения в стране из-за этих немыслимо больших расходов у нас почти нет прибыли. А это значит, что нет и средств на развитие. Это конкурентный рынок, но если у нас есть конкуренция, то должен быть и постоянный прогресс, который невозможен без вложений. Наверное, нужно пересматривать вопросы аренды, отношений продюсеров и компаний. Тогда, может быть, появится возможность делать красочные продукты, которые будут конкурентоспособными и будут привлекать людей.

Все классические искусства — балет, живопись, цирк — переживают смену своей аудитории. Музеи прямо заявляют, что за зрителя теперь конкурируют с торговыми центрами. Какая аудитория у цирка и как её расширить?

Мы все начинаем жить в виртуальном мире. В Японии мы как-то гастролировали в одно время с Cirque du Soleil, у него была шикарная реклама. Я спросил организаторов, не боятся ли они, что этот известный цирк составит нам большую конкуренцию. Он ответил: «Мы живем сейчас в виртуальном веке, люди начинают забывать, что может быть иначе. Когда они приходят в цирк и чувствуют запах лошади или смотрят на медвежонка, их это умиляет и возвращает теплые чувства». Нужно идти в ногу со временем, пользоваться приемами нынешних тенденций, организовать синтез виртуального мира, физического искусства и истории, то он привлечет зрителя.

Условия содержания животных — тема, которая многих волнует, и за которую часто критикуют тех, кто с животными работает. Ваша семья занимается этим столетия. Как вы оцениваете прогресс в этом направлении?

Отношение к животным среди цирковой общественности за последние 30-50 лет не изменилось. Потому что цирковые — это особый вид людей, которые относятся к животным не как к питомцам. У них нет грани между дрессировщиком и животными, а отношения, скорее, партнерские, дружеские. Банально звучит, когда говорят: «Это член нашей семьи». Но это действительно так. Сколько я себя знаю, наши семейные разговоры всегда возвращаются к теме наших животных.

Сейчас существует серьёзный общественный резонанс по вопросам содержания животных, и это понятно. Ведь наше сознание развивается, мы ушли из каменного века. Да, где-то замечания со стороны защитников животных обоснованы. Но как нельзя судить нацию по отдельным представителям, так и с нами. Что касается нашей семьи, то мы стараемся каждое лето вывозить наших животных на природу, устраиваем для них отпуск. У нас есть такая возможность, поскольку мы сами продюсируем наше шоу. Мы пока не имеем постоянной базы, но выкраиваем время и выезжаем в Астрахань, на побережье Волги. Там климат нам близок к климату Индии. На протяжении месяца мы ночуем под специальным тентом, а днем животные выходят на природу, гуляют, купаются, кушают листву.

Хотела бы тему циркового образования. Понимаю, что ваше образование проходило с детства в самом цирке, и только потом уже был институт. На каком уровне сейчас находится профильное образование в России?

Есть цирковое училище, которое выпускает молодых специалистов, но, к сожалению, на сегодняшний день оно существует отдельно от Росгосцирка и живет отдельной жизнью, а потому не до конца разделяет его цели и задачи. Как показывает практика, в последние годы очень мало профессионалов групповых номеров пополняют ряды артистов нашей труппы. Компания в 90-е годы испытывала кадровый кризис, как и многие предприятия, многие артисты уехали за границу в поисках лучшей жизни. Молодые люди, которые попадали в цирковое училище, использовали эту возможность для того, чтобы пять лет жить в Москве и искать другие пути заработка.

Я считаю, что наше училище нужно наполнять профессиональными педагогами, вплоть до того, чтобы, например, обращаться к китайцам — они хорошие акробаты. Необходимо больше уделять внимания базовому образованию. Тогда от обучения будет прок. За десять лет мы потеряли много кадров, которые могли бы прославлять цирк. Если взять историю советского цирка, то 30-40% артистов были выходцами из училища.

Если честно, сейчас я недоволен работой училища. Хотя, в этом году был хороший выпуск. Он пополняет программу «Звездный круиз», которую создают Ирина и Андрей Соколовские вместе с моей мамой. Это будет новый коллектив, состоящий из выпускников училища. Говорят, у этих ребят большое будущее.